Когда читаешь Марию Монтессори, начинаешь иначе смотреть на дисциплину.
Она наблюдала за детьми и пришла к выводу: порядок и ответственность не формируются через наказания и поощрения.
Иногда в классе появлялись дети, которые мешали другим работать. Но их не ругали и не наказывали привычным способом.
Монтессори описывает это так:
«Если ребёнок оказывался вполне нормальным, мы отводили ему один из столиков в углу комнаты… так, чтобы он мог видеть, как работают его товарищи».
Ребёнок оставался в классе, но немного в стороне. Ему давали предметы, которыми он мог заняться, и самое главное — возможность наблюдать.
И почти всегда происходило удивительное.
«Подобная изоляция почти во всех случаях успокаивала ребёнка — со своего места он видел всех собравшихся, и наглядный пример работающих детей был куда более действенным, чем любые слова».
То есть дисциплина появлялась не из страха, а из естественного человеческого желания быть частью группы.
«Ребёнок постепенно убеждался в том, что быть членом трудового коллектива выгодно, и у него возникало желание присоединиться к остальным».
Важно и то, как взрослый относился к такому ребёнку.
«Отношение к изолированному ребёнку у нас всегда сродни отношению к больному».
Без осуждения и без ярлыков.
С заботой и уважением.
Монтессори замечала, что после этого дети менялись:
«Они с гордостью учились работать и вести себя как следует».
И именно поэтому в Монтессори-подходе постепенно исчезают и награды.
Потому что самая сильная мотивация — не медаль и не похвала. А внутреннее чувство: я могу работать, я справляюсь, я часть этого сообщества.
И именно таких людей, по словам Монтессори, мы должны воспитать:
«Поколение сильных людей… самостоятельных и свободных личностей».